Когда она впервые появилась на сцене, все заметили: Понаровская вся какая-то несоветская. Одевается с французским шармом, говорит с немецкой сдержанностью, поёт с итальянской страстью. А когда она вдруг исчезла со сцены, все тут же сказали — вот и ушла по-английски...