…И тут я наконец осознал: вокруг меня - кромешная тьма. Ни лучика света. Двери лифта все так же беззвучно затворились у меня за спиной, и эта тьма стала черной, как битумный лак. Я не различал даже собственных рук. Музыка тоже исчезла. В зябком воздухе едко пахло какой-то хиной. И в этой кромешной тьме я стоял, не дыша, совершенно один.